Белый мишка, который влюбился

Спит себе белый медведь, а тюлень уже крадётся к горизонту. Логика простая: пока хищник дрыхнет, надо делать ноги, иначе точно сожрут. Но не успевает он отползти подальше, как медведь просыпается. Догоняет в два счёта, загоняет к ледяной стене. И тут вместо клыков и кровищи, вместо привычного «съем и не подавлюсь», происходит что-то из школьных романтических сериалов. Лапа упирается в лёд прямо над головой тюленя, нос к носу, вокруг минус тридцать, а ситуация до боли знакомая. Тот самый кабэ-дон, только вместо парты и коридора вокруг бескрайняя арктическая пустота.

Вот здесь и начинается весь цирк. Тюлень в панике, он уверен, что это какая-то изощрённая тактика. Может, медведь решил поиграть с едой, растянуть удовольствие, а потом всё равно сожрать. А медведь, судя по морде, вообще не про еду думает. Он старательно воспроизводит сцену из романтического кино, вкладывая в этот жест весь свой незамысловатый медвежий смысл. Никаких объяснений, никаких слов, только тяжёлое дыхание и очень близкое расстояние. Один видит смерть, второй видит свидание.

Кто в итоге сломается первым: тюлень, который наконец поймёт, что его не собираются есть, или медведь, который так и не дождётся взаимности?