Чистый звук

Когда дедушка умер, Сэцу перестал слышать музыку. Не в ушах, а внутри, там, где раньше сама собой рождалась мелодия. Дед был виртуозом сямисэна, и мальчик рос под эти звуки: струны, деревянный корпус, мозоли на подушечках пальцев. А потом всё оборвалось. Парень бросил школу и уехал в Токио, где просто слонялся без цели, пока мать не взяла его в оборот и не вернула за парту.

Вот тут и начинается странное. Сэцу попадает в школьный клуб, где сямисэн звучит совсем иначе, чем у деда. Кто-то выбивает из инструмента ярость, кто-то играет так, что воздух в комнате становится плотным. Сэцу слушает и чувствует: внутри что-то скребёт. Не зависть. Голод. Он снова берёт сямисэн в руки, но пальцы повторяют дедовские приёмы, а сам он хочет другого звука.

Брат Вакана давно ушёл в собственную музыку, мать требует результатов, одноклубники не дают поблажек. Сэцу мечется между памятью о деде и собственным слухом, который твердит: то, что ты играешь, не твоё. И когда он остаётся один на один с инструментом, становится ясно: вопрос не в том, победит ли он на конкурсе. Вопрос в том, чей звук вырвется из-под струн, если перестать оглядываться на чужую тень. А что, если свой голос окажется совсем не похож на дедовский?