Надзими теряет подработку в магазине, и это совсем не тот поворот, которого ждёшь от истории про творчество. Ещё вчера у неё была хоть какая-то зарплата, а сегодня остались только мечты о новом велосипеде, которые снова откладываются на неопределённый срок. Она приходит к подруге Цуюри, чтобы пожаловаться на жизнь и получить порцию сочувствия. Но Цуюри спит. Просто спит, уронив голову на стол. И когда Надзими начинает выяснять, чем же та занималась всю ночь, выясняется вещь, от которой хочется одновременно рассмеяться и закрыть лицо ладонями. Цуюри рисует додзинси. Хентайные. И ей нужна помощь.

Дальше начинается бытовая суета вокруг Комикета: очереди в типографию, стопки бумаги, подсчёт копий, косые взгляды случайных знакомых. Надзими вроде бы просто хочет заработать на велосипед, но постепенно залипает в тусовке любителей, где у каждого свои заморочки и своё понятие о том, что такое искусство. Один рисует ради денег, другой ради идеи, третий вообще непонятно зачем. А Надзими оказывается между ними и пытается не сойти с ума.

Главная засада не в том, купит ли она в итоге велик. Вопрос в другом: что она будет делать, когда поймёт, что продавать стыд проще, чем рисовать от души? И как отреагирует, если её собственные работы вдруг кто-то узнает?