Эврика 7: Псалмы планет

Парню четырнадцать, он торчит в мастерской деда среди промасленных болтов и слушает, как за окном ветер гоняет пыль. Мечта у него простая: уйти из этой дыры вместе с «Gekkostate», гонять на LFO по траппару и чтобы Холланд, живая легенда рифтинга, хоть раз назвал его своим. Дед в ответ только хмурится и прячет инструменты подальше. Он-то помнит, чем закончил отец Рэнтона.

А потом в ангар влетает девчонка. Зовут Эврика, у неё разбитый «Нирваш», и она просит починить машину. Через пару часов тут уже военные: ангар разносит в щепки, и Рэнтону ничего не остаётся, кроме как врубить Амита-драйв. То, что «Нирваш» выдаёт в ответ, не должно работать в принципе. Но работает. Бой он вытягивает и получает приглашение в отряд. Мечта сбылась, да?

Только внутри «Gekkostate» всё иначе. Холланд орёт на своих и бьёт по стенам. У команды рыльце в пушку, у Эврики вместо прошлого белое пятно, а сам Рэнтон, кажется, нужен всем не как пилот, а как деталь механизма, который он ещё не понимает. И вот сидишь ты, смотришь на это и думаешь: а что вообще сделало Эврику такой?