Колокола Нагасаки

Август 1945-го. Бывшая семинария на окраине Нагасаки переделана под клинику, и молодой врач с утра до ночи возится с очередями в коридоре. Бинты, жалобы, чьи-то старики, чьи-то дети. Рутина, от которой ноют руки.

А потом доходит слух про Хиросиму. Какой-то новый тип бомбы, город почти стёрт. Никто не знает деталей, но тревога уже висит в воздухе. Через пару дней небо вспыхивает и над их городом. Взрывная волна, огонь, а следом за ними идёт то, чего не ждёшь: люди приходят целые с виду, а к вечеру их кожа начинает слезать. Персонал не бросает больницу. Носилки, вода, бинты, снова носилки. Смерть расходится кругами от эпицентра, и эти круги сжимаются.

Вопрос тут не в политике и не в том, кто виноват. Врач видит то, к чему его не готовила никакая практика, и каждый новый пациент ставит перед ним одно и то же. Чем он может помочь, если помочь уже нельзя? И хватит ли у него сил выйти на следующую смену?