Моя девушка — убеждённая извращенка-девственница

Харука думал, что знает о своей однокласснице всё: тихая, серьёзная, с вечно поправляющей очки рукой и стопкой тетрадей под мышкой. Он любовался ею издалека, вздыхал и никак не решался подойти. А потом взял и выпалил признание. И услышал «да». Вот тут и началось.

Потому что за образом примерной старосты прячется кое-что другое. Акихо одержима мыслью стать идеальной пассией, но черпает вдохновение из очень странных книжек, репетирует сцены, от которых у Харуки глаза на лоб лезут, и при этом краснеет от одного намёка. Тащит в кровать плюшевого мишку, а самого парня держит на расстоянии вытянутой руки. Он хотел романтики, а получил экзамен по материалу, который сам не сдавал.

Вокруг ещё крутятся подружки, каждая со своими причудами, и каждая лезет в их дела. Весь сыр-бор не в том, кто кого ревнует, а в том, как жить рядом с человеком, который искренне уверен: именно так и устроена любовь. Сумеет ли Харука растолковать Акихо, что отношения не списывают из методички, или им так и придётся играть по её сценарию?