Последняя фантазия 7: Дети пришествия

Мидгар затянуло гарью два года назад, но шрамы на планете заживают куда быстрее, чем в головах выживших. Дети покрываются язвами от загадочной болезни, а по пыльным дорогам катается одинокий курьер на мотоцикле. Клауду проще возить посылки в глуши, чем смотреть в глаза тем, кого он не уберёг. Тишина заканчивается в тот момент, когда на горизонте появляются трое парней с одним лицом на всех и мечами, от которых веет знакомым холодом.

Выясняется, что ребята ищут вовсе не героя. Им подавай их «маму», а заодно и всех детей, которых болезнь превращает в живой инкубатор. Клауд снова хватается за клинок, но проблема не в реакции или силе. Каждый удар братьев бьёт точно в память, в те самые лица, что до сих пор снятся по ночам. Старая команда подтягивается кто с усмешкой, кто молча, и у каждого за плечами свой груз за тот день, когда небо горело.

Здесь рубятся не столько с врагом, сколько с чувством вины, которое умнее любого клинка. Братья играют на страхе и боли, а Клауд раз за разом проваливается в прошлое. И только когда кажется, что исход ясен, всплывает другой вопрос: почему Дженова так упорно не желает оставаться мёртвой?