Прирождённый повелитель

Лежать бы Ли Ваньняню тихо на нижней ступеньке секты Цзиньи, тянуть жалованье и не высовываться, пока остальные гоняют двенадцать злых сект по всему Дахэ Шэньчжоу. Своих сил у парня кот наплакал, амбиций ещё меньше, и такая жизнь его вполне устраивала. Только в один момент выясняется вещь, которая переворачивает всё: убить его нельзя. Точнее, можно, но он тут же возвращается. И возвращается сильнее, чем был.

Дальше начинается самое неприятное. Награда за очередное воскрешение зависит от того, как он погиб. Умер бездарно, получишь крохи. Погиб красиво, на глазах у толпы, с пафосным криком и правильными словами, тогда очки капают щедро. Секте такое ужасно выгодно: вот же он, живой мученик, который умирает за правое дело и снова встаёт. Его начинают кидать туда, откуда не возвращаются. А он идёт, потому что иначе не вырастет.

И вот тут в голове не укладывается главное. Кто вообще догадался привязать его дар к чужим ожиданиям? Почему смерть на публику выгоднее тихой? И что случится с человеком, который слишком много раз умирал не за себя, а за зрителей?