Пусть только выступит мой любимый идол в Будокан, и я помру

Смотреть на Эрипиё со стороны забавно и немного неловко. Взрослая женщина с работой и вроде бы нормальной жизнью, а на концертах забывает обо всём: трясёт палочками, выкрикивает имена, ловит каждое движение Майны. Майна в группе ChamJam самая тихая. Стоит с краю, поёт осторожно, будто извиняется, что вообще вышла на сцену. Как раз её и выбрала Эри. Однажды прямо в зале у фанатки хлынула кровь из носа. Врач сказал бы «переутомление», а она сказала бы «Майна».

Потом выясняется, что идолы не живут в стеклянной витрине. У них есть расписание, усталость, ссоры за кулисами. И личные дела, в которые фанату лучше не лезть. Эри это понимает. Головой. Но не сердцем. Коллеги по цеху, такие же одержимые, тянут её то на встречи, то в клуб фанатов, то в очередную поездку. А дома копятся счета. Подруга смотрит на неё как на больную. И вроде бы надо просто радоваться, что Майна поёт. Но как радоваться, если до Будокана ещё как до луны?

Вся соль в том, что мечта Эри и мечта Майны могут не совпасть. Одна хочет стадион, другая, может, тихую сцену в маленьком зале. И что тогда делать преданной фанатке, которая пообещала себе умереть, если кумир выступит в Будокане? Только вот кто сказал, что Майна вообще туда хочет?