Время Евы

Рикуо вырос с мыслью, что андроид это просто агрегат. Полезный, удобный, но всё равно вещь. Над головой у каждой машины висит светящееся кольцо из текста, чтобы никто случайно не принял железку за человека. Только вот их домашняя Сами ведёт себя не по инструкции. То застынет посреди коридора, уставившись в одну точку, то глянет на Рикуо с таким выражением, будто вот-вот что-то скажет. И молчит.

Друг Масаки вытаскивает его в заведение со скромной вывеской. Внутри странно: ни одного кольца над головами посетителей, андроиды сидят за столиками, пьют кофе и болтают о всякой ерунде. Хозяин не спрашивает, кто ты. Просто наливает всем одинаково. Рикуо поначалу бесится от этого балагана, но потом ловит себя на мысли, что ждёт от Сами ответа, как от живой. А по городу тем временем всё громче говорят об «андроидоголиках», людях, которые путают машину и личность. И они не выглядят ненормальными. Скорее уставшими от того, что приходится выбирать между миром людей и миром вещей.

Законы робототехники придумали, чтобы всё было просто. Не вреди, подчиняйся, береги себя. Только эти три строчки никак не объясняют, почему в кафе, где всем плевать на кольца, Рикуо впервые за долгое время дышит свободно. И что он будет делать, если однажды Сами нарушит молчание и задаст вопрос, на который у него нет ответа?