Аниме в жанре «Исторический» — страница 42

Парень, над которым смеялись все, кто мог, вдруг берётся за то, что местным лекарям и не снилось. Он варит снадобья, будто всю жизнь только этим и занимался, и вытаскивает девушку с редким даром внутри, Цинь Мэнъяо. В ней просыпается дух Ледяного Феникса. А он просто знает, что делать. Потому что на самом деле ему не шестнадцать. Он помнит трон, помнит, как стоял выше бессмертных, и помнит удар в спину. Десять тысяч лет он был никем, а теперь снова дышит. Но есть Дунфан Юй. Местная звезда, первы…

Мальчик ослеп после болезни. Это случилось в детстве, и деревня на севере Японии стала для него всем: звуками, запахами, чужими голосами. От матери остался сямисэн. Сначала Нитабо просто перебирал струны, подражая тому, что слышал вокруг. Потом появился бродячий слепой музыкант, и учёба превратилась в годы кочевий по трактам, где платят медяками, а ночуют в сараях. А дальше происходит странное. Нитабо перестаёт повторять за учителем. Его игра становится резкой, непривычной, в ней слышится что-то…

Такая Оги хочет тихо доучиться в школе, ходить с друзьями в кино и не знать проблем. Но во дворе школы его перехватывает Наоэ Нобуцуна, человек с ледяным голосом, и говорит странное: пятьсот лет назад страна полыхала в междоусобице, феодалы грызлись за землю, пока Токугава всё не подмял под себя. И вот беда: полководцы, которые тогда погибли, не успокоились. Их духи лезут обратно, затевают собственную войну и уже подбираются к миру живых. Тут бы Такае посмеяться и уйти. Не выходит. Нобуцуна заяв…

Послевоенный Токио, кругом разруха и дефицит. Канна перешла во второй класс и вроде бы радоваться надо, но в школе творится чертовщина. То из пустого класса кто-то бормочет, то тени ложатся не туда, куда должны. А потом появляется новый литератор, Тюдзэндзи. Ходит хмурый, детей будто не замечает, зато на любую мистику реагирует одинаково: ноль эмоций. Как будто ему каждый день рассказывают про цены на картошку. Канна быстро просекает: этот учитель не такой, каким хочет казаться. Она бежит в библ…

Три поколения одной семьи, и у каждого своя эпоха на плечах. Сначала мы смотрим на Такэносукэ: тот живёт в смутные времена, когда страну рвут на куски, а он просто идёт вперёд и не ищет лёгких путей. Дерётся без меча. Против него выходят люди с клинками, копьями, целыми отрядами. И он их вырубает голыми руками. Звучит как фантастика, но подано так, что веришь: скорость, дыхание, точка на теле противника. Никаких светящихся ударов, всё по-человечески жёстко. А потом происходит то, чего не ждёшь.…

С первых минут видно: парню не светит ничего. Фан Хань Фан таскает тяжести, получает оплеухи и знает своё место в самом низу. А потом просто уходит. Ночью, без припасов и плана, с одной мыслью в голове: рабом он больше не будет. Дальше начинаются скитания по пыльным дорогам, случайные стычки и люди, которые делятся знаниями не из доброты, а потому что самим деваться некуда. Но это только верхушка. Выясняется, что человеческое тело это не приговор, а заготовка. Его можно переделать. Не в тренажёр…

Тэмма влип по-крупному. Аид объявил на него охоту, личную, адресную. И каждый раз, когда рядом кто-то оказывается, этот кто-то рискует не дожить до утра. Парень это понимает и делает то, от чего у нормального человека подкосились бы ноги: идёт в монастырь. Тот самый, где уже обосновались силы Преисподней. Юдзуриха и Ято увязываются следом, хотя прекрасно знают, куда идут. Саша и золотые святые держатся поблизости, но молчат о том, зачем они там на самом деле. А теперь про то, что цепляет сильнее…

Небо над головой превратилось в гигантское лицо. Оно смотрит сверху и медленно вытягивает жизнь из всего, что растёт, дышит, двигается. Воздух стал горьким, ци больше не питает тело, а гниёт внутри. Куда бежать от того, что висит над тобой? Никуда. Только вниз, в трущобы, где люди давно махнули рукой на завтрашний день. Сюй Цин выживает там, где за миску риса перерезают горло. Копается в мусоре, прячется от банд, глотает пыль. Как-то раз ему попадается старая табличка с техникой культивации. Сме…