Аниме 1988 года — страница 5

Весной сорок пятого второй и третий курсы женской школы в Хиросиме снимают с уроков и уводят на заводы. В классах остаются только младшие, двести двадцать девчонок. Город почти вымер, взрослых нет, и эти двести двадцать вдруг понимают, что они тут единственные, кто ещё бегает по улицам, спорит из-за еды и хохочет над ерундой. А дальше начинается странное. Девочки без старших, без учителей, без присмотра устраивают свой быт: выменивают вещи из дома на рис, чинят форму, делят пайки так, чтобы нико…

Посреди глухой провинции, где лето пахнет нагретым асфальтом и травой, в класс заходит новенький. Рыжий. Молчит, смотрит в окно. Зовут Сабуро Такада. Дети переглядываются: имя-то какое. Как у духа ветра, что прилетает к ним перед тайфунами. Шутка ли, но кличка прилипает мгновенно. А потом начинается странное. Ребята бегают с ним наперегонки, сидят за одной партой, слушают, как он тихо отвечает у доски. И замечают: поднимается ветер, гнёт деревья, а Сабуро рядом. Совпадение? Может, и нет. И тут ж…

Хироми уже привыкла быть старшей. Тех, с кем она когда-то гоняла мяч после уроков, теперь не догнать: Рэйка и остальные ребята из клуба разлетелись по колледжам. Но теннис они не бросили, и благодаря этому школа Ниши наконец-то заставила о себе говорить далеко за пределами Японии. Впереди у команды первый настоящий выезд, матчи в Америке. Хироми тренируется как одержимая, до мозолей, до гудящих ног. А потом всё рушится в один момент. Мунаката, человек, который вытащил её из дворового хаоса и сле…

Гумму вышвырнули из семьи, как паршивого котёнка. Провинциальный мажор, сын чиновника, который только и умел, что портить отцу репутацию. А тут ещё братья вернулись из Штатов, отец метит выше. Короче, чемодан, Токио, общежитие. Для кого-то это ссылка, а для Гуммы свобода: наконец-то никто не дышит в затылок. Только расслабиться не вышло. Парень дважды влетел в уличную гонку с профи и дважды обставили, как школьника. И ладно бы просто обставили, но этот тип ещё и нотацию прочитал, спокойно так, с…

Представьте: летит себе по космосу театральная труппа. Роботы, пришельцы, всякие странные ребята с щупальцами и шестерёнками. Едут на очередные гастроли, ничего не предвещает. И тут прямо перед носом выскакивает чужой корабль. Удар. Их посудина цела, а незнакомец кувыркается на ближайшую планету. Артисты спускаются к обломкам. Внутри тишина, двое взрослых погибли. А рядом живой младенец, розовощёкий, сопит себе спокойно. Прилетает космический офицер, смотрит на это дело и выдаёт: мол, сами винов…

Сначала ты видишь парня, который вроде бы всё умеет: изгоняет духов, сворачивает нечисть в бараний рог, держится так, будто ему терять нечего. Только вот имени своего он не знает. Ни рода, ни родителей. Воспитывали его священники, и от них он унаследовал не только технику боя с потусторонним, но и молчание о том, кем был до того, как попал к ним на порог. А потом приходит беда с запада. Зигфрид фон Миттгард, самоуверенный тип с амбициями на мировое господство, решил, что парню по праву рождения…

Девчонок вытаскивают из передряги, и спасительница оказывается не посторонней: сама Кэтти Небуларт. Та самая. Пока вокруг стреляют и космос трещит по швам, она тащит на себе затею всей жизни. Огромная машина, которая должна вдохнуть жизнь в мёртвый мир. Гонка не прекращается, просто меняет направление. Всё упирается в один вопрос: успеет ли Кэтти довести свою махину до конца? И что станет с миром, если она всё-таки запустится?

Старик и девушка. Он уже совсем немощный, она приносит ему еду и следит, чтобы в доме было тепло. Вокруг только горы, вода да ветер, ни одного произнесённого слова за весь фильм. Взамен на заботу он сажает её за гуцинь и показывает, как ставить пальцы на струны. Уроки идут своим чередом, размеренно, без суеты. Но постепенно ловишь себя на мысли, что смотришь не на обучение игре, а на что-то другое. Может, на то, как умение переходит от одного человека к другому, когда первый уже не может играть…