Аниме 2008 года — страница 10

На первый взгляд Сакурасин смахивает на обычную провинцию: улочки, детский сад, вишни. Туда-то и захаживают четверо из мелкой конторы с вывеской про повседневные дела. Химэ нацепляет костюм и молотит монстров. Ао ловит чужие мысли, даже когда её об этом не просят. Котоха бормочет слово под нос, и рядом материализуется что угодно. Акина на их фоне парень как парень. Разве что именно ему достаются бумажки, скандалы и разговоры с недовольными. Но стоит копнуть глубже, и милый городок держится на ст…

Харука по-прежнему командует парадом на кухне, только теперь её терпение лопается быстрее: одной фразой она может осадить сестру так, что та замолкает на полуслове. Кана носится по дому с энтузиазмом стихийного бедствия, придумывает гениальные планы, которые рушатся через пять минут, и искренне не понимает, почему все вздыхают. А Тиаки сидит в углу с непроницаемым лицом и выдаёт такие ядовитые комментарии, что лучше бы молчала: за это её и любят. Поворот не в сюжете, а в том, как меняются акцент…

Парня отправляют в деревню к дяде, потому что в городе ему становится только хуже. Он не видит с рождения, врачи только пожимают плечами. Казалось бы, обычная ссылка на перевоспитание, свежий воздух и всё такое. Но на дороге ему попадается девушка по имени Отоха, и после этой встречи зрение возвращается. Ненадолго. Зато этого хватает, чтобы разглядеть: в деревне что-то сильно не так. А не так там многое. Местные девчонки крутятся рядом, но куда интереснее другое: Хаями, тихую школьницу, всей дер…

Сначала кажется, что смотришь историю про неубиваемого мстителя. Мандзи рубит направо и налево, клинки отскакивают от его тела, кровь льется рекой. Тысяча злодеев в обмен на прощение. Такова его сделка с ведьмой, которая когда-то наградила его вечной жизнью. Звучит как завязка крутого боевика, да? Только вот с каждым новым трупом лицо Мандзи становится все более пустым. Он не геройствует. Он отрабатывает долг, который сам себе придумал. А потом рядом с ним оказывается Рин. Девчонка лет шестнадца…

Чисато тридцать пять, но в зеркале отражается парень лет восемнадцати. Он пишет романы, воспитывает сына и печёт торты. Риджу пятнадцать, он тащит домой приятелей, и для каждого находится угощение. Гости жуют, бледнеют, вежливо сбегают и больше не звонят. Отец провожает их с самой тёплой улыбкой и достаёт форму для следующего коржа. А потом появляется Сюнскэ. Ест. Не морщится. Приходит опять. Чисато злится, но виду не подаёт, а сам ломает голову: парень непробиваемый или ему нужен вовсе не Риджу…

Сначала мы видим парня, который стоит на поле и понимает: больше здесь ловить нечего. Команда Сэйшу сыграла свой последний важный матч, Горо сделал то, к чему шёл годами, и внутри у него пустота. Не злость, не обида. Просто точка. Он прощается с Каору, с пацанами, собирает вещи и уезжает. Дальше чужая страна, где его имя ничего не значит. И вот тут начинается самое интересное. Америка встречает его не аплодисментами, а низшей лигой, где бейсбол играют совсем по-другому. Быстрые подачи, агрессивн…

Сэнкава Цутому обычно торчит в заброшках. Не из-за компании или скуки, а потому что старые здания интереснее учебников. В одной такой вылазке он случайно оказывается между двумя пришельцами: агент Федерации гоняет преступника, а школьник просто стоит не там. Выстрел. Темнота. Очнулся у себя в постели, решил, что привиделось после зубрёжки. Только вот тело его больше не его. Оно вообще перестало существовать в прежнем виде. Сознание Цутому засунули в оболочку Бёрди Цефон Альтиры. Так парень с фор…

Нами валится с ног от жара, и вместо очередного приключения команда ищет хоть какого-то лекаря. Курс на Драм, остров, где медицину будто вымели метлой. Осталась одна женщина по имени Курэха, и та сидит на вершине горы. Луффи с Санджи волокут обессиленную подругу вверх по снегу, а времени в обрез. А внизу высаживается Вапол. Бывший правитель, которого когда-то выгнали, вернулся и привёз брата. Оба злые, оба метят обратно в кресло. История простая: именно из-за Вапола островитяне остались без врач…